English English Русский Русский
English English Русский Русский

Пятизвездочный отель «Северная Корона» на Карповке 37

Фото: Часовской Алексей
Фото: Часовской Алексей

Гостиницу начал возводить в 1980–х «Интурист», но дело шло очень плохо, несмотря на вполне достаточное финансирование. Для расчистки земельного участка от «малоценных домов» помогло постановление № 534 Исполкома Ленсовета народных депутатов от 04.07.1988 года. В частности «малоценным домом» признали доходный дом архитектора Еремеева Михаила Федоровича
1899 года постройки в стиле классицизма. Неведомым образом к проекту строительства «подключилось» частное ООО «Северная корона». Сам проект делал коллектив ЛенНИИпроекта, -ведущий проектный институт, работавший по заказу Госкомтуризма, но это не помогало сдвинуть проект с мертвой точки.
В 1988 году для более ускоренных темпов строительства были приглашены югославские строители, но спустя 3 года произошел распад СССР и союзный заказчик-структура Госкомтуризма исчез и соответственно, финансирование прекратилось. Через некоторое время югославская строительная компания предъявила иск о возмещении убытков, но ни с кого ничего получить не удалось, потому что к тому моменту гостиницей уже владело акционерное общество «Интеротель Петроград», а изначального заказчика уже не было. Следующим подрядчиком стала крупная турецкая строительная компания АТА, с которой был заключен новый договор. Но несмотря на мощное финансирование, стройка снова встала, и к югославским тяжбам о возмещении убытков, теперь присоединились и турки. Хотя дата открытия называлась 1 июня 1996 года.
Но «страшным местом» отель назвали в 1995 году когда на презентации по случаю скорого открытия, скоропостижно скончался митрополит Иоанн, который произнес речь, потом устало сел на стул отдохнуть и через несколько минут умер от инфаркта. Церемонию тут же пришлось срочно закрылась, а гости все в ужасе рахьехались по домам. С тех пор гостиница раз за разом подтверждала репутацию «места страшного, запутанного и мистического».
Несмотря на затянувшиеся тяжбы, этот долгострой несколько раз продавался одними владельцами и приобретался другими, ведь место на наб. Дорогостоящая земля в одном из лучших мест Петроградской стороны Санкт-Петербурга постоянно переходила из рук в руки, сложно было уже отыскать концы. Тем временем, и турки и югославы уже добивались возмещения убытков в международном арбитражном суде. Достроить гостиницу тем временем обещали сначало к 300-летию Петербурга, затем к 2006, 2008 году..
В августе 2001 года появилась информация о новом владельце здания на Карповке. Им стал банк «Санкт-Петербург». Однако банку этот проблемный актив стал не нужен. Его председатель начал испытывать реальное беспокойство в связи с нахождением на балансе банка такого проблемного актива, и предлагал его буквально всем, даже Управлению делами президента, но когда понял, что это сооружение никому не нужно-объявил, что «банкротство — единственный способ достроить этот комплекс». В 2004 году «Еврофинанс Моснарбанк» выкупил недостроенный объект у банка «Санкт-Петербург». Через некоторое время появились слухи, что гостиницу снесут, а на ее месте появится элитный жилой комплекс.

Надо сказать, что на самой стройке было очень много несчастных случаев (более 42) и 2 самоубийства.
Все эти печальные события связываются с самим местом-Набережная реки Карповки в этом месте. Здесь и легенды о убийствах новорожденных колдунами в этом месте на капище и выстраивании деревянных идолов взамен погубленной души. Здесь вспоминают и сам дом Архитектора Еремеева, в котором любили заседать страшные медиумы, а затем заниматься своей профессией жрицы любви. Здесь и финское слово для этой местности — «корпи» (по-русски страшная глушь», «дремучий лес», «лесистое болото»), а в финском языке есть ещё слово «корппи», по-русски — «ворон» . Поэтому предлагался и другой перевод — «Вороний остров». Ну а ворон, птица вещая, а особенно у северных народов. Вспомним того же Мунина и Хугина.. Да, Карповка место очень непростое, какое-то беспокойное, забирающее сон, покой. Это, кстати, понимали еще древние, кто жил здесь задолго до появления Санкт-Петербурга.