Национальная библиотека на пл. Островского, 1

Российская национальная библиотека на площади Островского входит в пятерку крупнейших библиотек мира. В России, по объему библиотечных фондов она уступает только Российской Государственной Библиотеке им Ленина в Москве. Библиотека насчитывает более 31 млн. единиц хранения на более чем 380 языках мира. Здание с ее библиотечными фондами имеет статус особо ценного объекта культурного наследия народов Российской Федерации. Была основана как первая общедоступная библиотека в России императрицей Екатериной II в 1795 году, но начала работу для широкой аудитории после размещения в ней книжного собрания, 10 января 1814 года.

По замыслу императрицы Екатерины II новой Национальной библиотеке предстояло стать собирательницей всех российских книг и рукописей, хранить архивы национальной печати и памятников письменности. Екатерина II хотела создать библиотеку с полным собранием всех книг, изданных с самого начала книгопечатания в России, а также изданных за рубежом на русском языке. В этом же, 1795 году, она приказала доставить в Петербург рукописную и книжную коллекцию братьев Залуских, ставшей первой основой иностранного фонда библиотеки. К этому времени Императорский двор уже располагал личными собраниями Дидро, Вольтера, а также Эрмитажной библиотекой и собранием Иоганна Корфа (президента Петербургской Академии наук). Проект строительства библиотеки просвещенной императрице представил талантливый архитектор Егор Тимофеевич Соколов, который уже успел отличиться при строительстве Пеллинского дворца для Екатерины II возле Ивановских порогов на Неве, перестройке Аничкова дворца и его знаменитого Итальянского павильона. Соколов сам разработал проект корпуса Императорской Публичной библиотеки, который очень понравился императрице. Более того, проект был дополнен оригинальной идеей строительства библиотеки как одного целого комплекса, включающего в себя торжественный дворец для приемов, библиотеку, научный центр и обсерваторию!

Был утвержден серьезный бюджет и в июне 1795 года началось строительство. Однако, через год, в 1796 году, умерла Екатерина II , и вступивший на престол Павел I критически отнесся к проекту и потребовал его переработать. Более того, Павел I «перекинул» Егора Соколова на срочное сооружение Михайловского (Инженерного) замка, который продолжался в период 1797-1800 г.г. Тем не менее, строительство здания библиотеки продолжалось. В 1800 году граф Александр Сергеевич Строганов, назначенный главным директором императорских библиотек, сделал все для того, чтобы строящееся здание не поменяло назначения и осталось под первоначальные цели строительства. Павел I оставил здание за будущей библиотекой. Вступивший на престол Александр I продолжил дело, начатое при Екатерине I. Также согласился с предложением Строганова приобрести для библиотеки коллекцию рукописей, собранного библиофилом Петром Дубровским. В коллекцию входили часть архива Бастилии, рукописи из древних Корбийского и Сен-Жерменского монастырей, письма королей,  9 тысяч автографов французских знаменитостей, древнеславянские рукописи, рукописи мировых мыслителей — Вольтера, Дидро, Руссо, Лейбница, Эразма Роттердамского, рукописи Писарева и Державина, Княжнина, Фонвизина. Благодаря Строганову в библиотеке появились настоящие шедевры-Лаврентьевская летопись 1377 года и Остромирово Евангелие 1056-1057 г.г. В 1810 году русский палеограф Александр Ермолаев подарил Библиотеке список Ипатьевской летописи. Казалось все общество с воодушевлением восприняло появление Библиотеки. Дарителей оказалось немало: сенатор Петр Фролов подарил коллекцию славянских и русских рукописей, также книги подарили книготорговцы Глазуновы, академики Адольф Купфер, Борис Дорн, Петр Кеппен, Василий Севергин, Яков Захаров, знаменитые Иван Крузенштерн и Фердинанд Врангель, купцы Михаил Шумилов и Иван Лаптев, и священники, поэты и писатели из православных балканских стран.

Под конец жизни Александр Сергеевич Строганов сделал еще очень важное дело для библиотеки. Если при Павле I он фактически сохранил ее, то в конце полного окончания строительства и обустройства библиотеки Строганов нашел себе в помощники человека, который в будущем должен был стать ее первым директором. Этим человеком был выбран Алексей Николаевич Оленин, человек широких взглядов, любитель литературы и искусства, знаток многих языков, историк. Кроме того, он был талантливый рисовальщик и по совместительству Президент Академии художеств. Разумное планирование времени позволяло ему заниматься многими делами. Историк Василий Ключевский очень высоко отозвался о Оленине, назвав его «светилом, которое смогло бросить свои светлые лучи на многие области жизни».  Оленин очень грамотно систематизировал и организовал хранение всех фондов. Кроме того, Оленин продвигал в библиотеке прогрессивную общественную атмосферу взаимоотношений между работниками библиотеки и посетителями-все делалось «на общую пользу» и «без разбора лиц». Оленин очень уважительно относился буквально ко всем сотрудникам, и прислушивался к их мнению. По его мнению в «храме просвещения» должны служить сведущие в искусстве, литературе, науке люди, образованные и знающие языки. При Оленине возникла культурная атмосфера, привлекавшая в библиотеку читателей и благоприятная для библиотекарей.

В январе 1812 года Александр I, посетивший библиотеку, констатировал что она полностью готова к работе. Однако, уже через полгода началось вторжение Наполеона в Россию, и императором было принято решение об эвакуации в октябре 1812 года самых ценных библиотечных фондов. Они отправились в 189 ящиках на бриге купца Паншина в Петрозаводск. После окончании войны 1812 года и Заграничного похода для библиотеки настал звездный час. На торжественном открытии «всенародного хранилища» в январе 1814 года, совпавшего со временем «славы и восторга», присутствовал весь цвет русской культуры — поэты Николай Гнедич, Петр Плетнев и Гавриил Державин, знаменитый портретист Орест Кипренский, знаменитый архитектор Василий Стасов, основоположник сравнительного славянского языкознания, филолог Александр Востоков. А популярный поэт-баснописец Иван Крылов прочел специально написанную для такого случая басню «Водолазы».

В первое время, в течение 1814-1816 г.г.  в среднем библиотеку посещало около 600 человек в год. Читательские билеты для посещения приобретали в основном ученые, священнослужители, купцы, чиновники, мещане, военные, и те, кто учился в военных и гражданских учебных заведениях. В период 1816-1819 г.г. доля «свободных людей» или «свободных посетителей», кто не обращался за специальными данными в библиотеку составляла около 10-11%. Но со временем число разночинцев и «прогрессивной молодежи», которая хотела черпать знания прогрессивного формата, связанного с изменением мира после окончания войны 1812 года. Среди посетителей были люди, которые расширяли общий уровень взглядов на происходящие перемены в России. Таким был, например, друг Пушкина Вильгельм Кюхельбекер, который пытался неудачно стрелять в Великого князя Михаила Павловича на Сенатской площади во время восстания 1825 года.

После декабрьского восстания на Сенатской площади 1825 года и воцарением на престол Николая I, Императорский двор заметно охладел к событиям в жизни Библиотеки. Потеря интереса сказалась на выходе в свет печатных отчетов Библиотеки, и перестали издаваться каталоги «Чтение посетителей Библиотеки», почти перестали проводиться торжественные встречи. Пропадал «оленинский дух» и общий величайший замысел Библиотеки. Но несмотря на установившийся в обществе культ воинской дисциплины, надзора и муштры, Библиотека не потеряла государственную поддержку. Было отстроено красивое здание к угловому корпусу, так что закрепилось центральное положение Библиотеки и со стороны Александрийской площади (пл. Островского) и со стороны Невского проспекта.

Следующим после Оленина директором Библиотеки был назначен тайный советник, сенатор, генерал Дмитрий Петрович Бутурлин. Принимая решение о его назначении Николай I взял во внимание, что в прошлом Бутурлин был офицером и участником многих походов и сражений, а также тот факт, что Бутурлин серьезно интересовался военной историей. В гражданской жизни, и в частности управлении Библиотекой Бутурлин оставил след в истории как приверженец жесткой цензуры, и ненавистник свободомыслия. Бутурлин был преданным Николаю I чиновником, неудивительно что он стал председателем негласного комитета, учрежденного императором в 1848 году для контроля над печатной продукцией и вообще, «состоянием умов обществе и духа». Но все-таки, что-то полезного при Бутурлине для Библиотеки сделано было. Например, появился первый каталог отдела манускриптов, разобраны огромные массивы неразобранных книг, отсортированы рукописи, сделаны описи книг и наведен порядок в их расположении, была начата работа по систематизации каталогов. Кроме того, появились ответственные хранители залов с фондами.

После смерти Бутурлина директором Библиотеки в 1849 году стал Модест Андреевич Корф, учившийся вместе с Пушкиным в Лицее, отметившийся преподаванием юридических наук трем сыновьям Николая I, образованный и справедливый человек. К своим обязанностям он приступил в период, когда в обществе снова нарастало «многообещающее движение умов», где «властителями дум» были такие деятели, как теоретик утопического социализма Николай Чернышевский, представитель «революционной демократии» Николай Добролюбов, революционер-демократ Дмитрий Писарев… Теперь каждый третий посетитель был молодым разночинцем. Многие из молодых посетителей студентов с утра до ночи сидели за бесплатным чтением в комфортной обстановке, и потом брели в «свои трущобы» ночевать. Среди книг, были особенно популярны естествознание, право, военное дело, математика, политэкономия.

Корф отмечал, что, наплыв молодежи привел к тому, что в Библиотеке «не стало места ни для книг, ни для читателей». Единственный читальный зал уже не вмещал всех желающих. Подогревали интерес общества к национальному книгохранилищу также и ежегодные отчеты Библиотеки. Такие журналы как «Современник», «Отечественные записки», «Санкт-Петербургские ведомости», «Москвитянин», «Русское слово» постоянно печатали отзывы и статьи и о библиотечных отчетах, и о ее событиях. Модест Корф понимал, что назрела необходимость строительства дополнительного корпуса с вместительным читальным залом и новых помещений для канцелярии, переплетной мастерской, регистратуры, кабинета директора. Он заказал проект нового корпуса во внутреннем дворе «постоянному партнеру» Императорской Библиотеки — архитектору Василию Ивановичу Собольщикову в паре с архитектором Иваном Ивановичем Горностаевым. Начав строительство в 1860 году, в 1862 оно было закончено и здание полностью было готово к работе.

В 1882 году директором Библиотеки стал маститый историк, археограф Бычков Афанасий Петрович. Его период работы выпал на совсем непростой период жизни русского общества. В мире витали идеи либерализма — Монтескье, Джона Локка, Жана-Жака Руссо, Франклина, Юма, Джеферсона, Сея, романтизма- Жоржа Санда, Ирвинга, Мицкевича, Байрона, Шеллинга, Гюго, Ламартина и утопического социализма- Оуэн, Сен-Симона, Томсона, Прудона, Фурье, Герца. В России проявление идей утопического социализма выразилось во второй волне после Чернышевского таких деятелей как Герцен и Огарев. Приверженцы этих идей считали современное им общество порочным, а порядки в таком обществе несправедливыми. Многие общественные деятели в разных странах призывали к свержению монархий, ликвидации частной собственности и созданию республик, основанных на демократических конституциях. Огромное количество политических изменений в мире вызывал огромный запрос на пополнение знаний. Библиотека в это время служила ярким барометром общественных настроений. Как отметил работник Библиотеки Юз: «почти все лица, судившиеся в Санкт-Петербурге за политические преступления, посещали Публичную библиотеку».

По сравнению с серединой 19 века, к концу 19 века количество читателей Библиотеки выросло в 7 раз, посетителей же вообще, в 9 раз. Если в 1860 году было выдано 3 тыс. посетительских билетов, то в 1899 году- 16,5 тысяч. Если в 1860 году разовых посещений было 18 тыс., то в 1899 году 137 тысяч, или в среднем по 375 человек в день. К концу 1890-х г.г. каждым четвертым посетителем была женщина. Библиотека могла удовлетворять большинству запросов, поскольку располагала самым богатым в России книжным собранием, а также собранием рукописных книг, библиотечный фонд постоянно обновлялся, поскольку крупнейшие книгохранилища мира постоянно присылали в Библиотеку новые издания. Интересно, что многие библиотекари периода конца 19 века проявляли свои общественные симпатии и принимали участие в различных собраниях политического толка. Такими сотрудниками Библиотеки были часто очень образованные люди. Например ими были Карташев, Браудо, Философов,  В период конца 19 века в Библиотеке постоянно трудились экономист Соколовский, этнограф Балтрамайтис, историки Радлов, Абрамович, Бычков, Майков, Саитов и Чечулин, востоковеды Смирнов и Гаркави, византолог Пападопуло-Карамевс, знаток письменности Лопарев, великий палеограф Лихачев, библиотековед Банк и мн. др.

Дальнейшие события русской жизни не могли не повлиять на жизнь Библиотеки. Кровавое воскресенье 1905 года вызвало волну сочувствия среди работников. А Первая мировая война 1914 года вызвала перебои с поступлением литературы из-за рубежа, приостановила издательскую деятельность, призвала на фронт часть сотрудников Библиотеки. На ее территории стали проводиться кружечные сборы в помощь солдатам на фронте… Во время событий Февральской революции 1917 года библиотека стала именоваться Российской Публичной библиотекой, убрав из названия слово «Императорская», разрабатывался проект ее нового Устава, над которым работал в том числе знаменитый Вернадский. В период Октябрьской революции 1917 года библиотека часто закрывалась, а если работала, то посетителей не было. Общим собранием сотрудников было принято решение о непризнании новой власти и об участии в забастовке, которую в Петрограде проводили учреждения просвещения. Однако после назначения сюда правительственного комиссара, некоторые уволились, остальные прекратили неповиновение.

Интересный факт: Владимир Ильич Ленин (Ульянов), основатель советского государства, был читателем Императорской публичной библиотеки в период с 1893 года по 1895 г. Работал в читальном зале, который сейчас называется «Ленинским залом».